Главная страница 1страница 2страница 3 ... страница 11страница 12

Мое образование началось в девятнадцать лет, и толчком к этому было опять несчастье – моя болезнь. С тех пор я не расстаюсь с книгами. Читаю в основном во время перелетов. Я очень много летаю в самые разные города и страны, поэтому привык все время нахождения в пути занимать чтением. Куда бы я ни летел, первое, что я укладываю в свой багаж, – это не зубная щетка, не чистая рубашка, а книги. Я с собой всегда вожу две-три книги. Сегодня я свою жизнь даже не могу представить без книг! Интересные книги я покупаю в количестве пятидесяти – ста штук и раздаю читать своим ученикам. В нашей дружной команде собрана уникальная библиотека, мы даже в офисе написали огромный лозунг «Мы самая читающая команда в мире!». Работаем по шестнадцать часов, вернее, не работаем, а занимаемся любимым делом. Но мы всегда находим время для чтения и обсуждения книг.

А теперь, дорогой мой читатель, вернемся к моим друзьям, товарищам-отличникам. Они закончили школу. Несомненно более талантливые, более одаренные люди, чем я. Они с детства любили читать книги, а я первую книгу прочитал только в девятнадцать лет. Я восхищался ими! Я даже не смел брать с них пример. Настолько они мне казались умными, недосягаемыми, талантливыми. Себя же я считал недоразвитым идиотом.

Прошли годы, я постоянно занимался самообразованием, тянулся к умным людям и сегодня продолжаю учиться. И чем старше я становлюсь, тем больше времени уделяю своему самообразованию. Мои же друзья-товарищи окончили с отличием школу, университеты и прекратили учиться. Мне иногда кажется, что они даже не знают, что такое самообразование. Я говорю не о пьяницах, наркоманах и сломленных жизнью людях. Я сейчас говорю о своих друзьях-отличниках, которые, по меркам обычных людей, стали успешными людьми. То, что я расскажу о них сейчас, я это говорю им в лицо при каждой встрече. Может быть, тем самым я их злю, и встречи со мной для них не очень приятны. Но у меня есть принцип: если я считаю человека своим другом, я не могу ему врать. А правда для многих, к сожалению, не очень приятная штука. Когда я встречаюсь со своими товарищами-отличниками, которых не видел пять – десять лет, я всегда поражаюсь их отсталости. Серьезно! Это хорошие, прекрасные люди, замечательные руководители, кто-то из них даже очень богат. Но они деградируют как личности. Они не читают книг, не посещают семинаров, не учатся. А наш мозг, наша память, наши способности имеют тенденцию угасать. Если вы тренируете память, она у вас с каждым годом становится все сильней. Не тренируете память – мозг угасает. Тренируете свои мышцы – они у вас сильные, не тренируете – они превращаются в куски сала.

К сожалению, большинство людей, окончив школу, институт, перестают учиться. Даже несмотря на свой социальный статус, кто-то из этих отличников становится мэром, кто-то становится директором предприятия, кто-то в глазах общества занимает достаточно видное положение, но они пустые, скучные, неинтересные личности. Когда встречаешься с такими людьми, все разговоры неинтересные, ничтожные: кто какую машину купил, кто как съездил на рыбалку, охоту, кто с кем переспал, кто какие шмотки купил – серые, неинтересные, скучные разговоры! Сплошные пьянки, бани, гулянки – жуть! Когда я попадаю в такую компанию, мне хочется как можно быстрей убежать. Ну сколько можно говорить о пьянках, охоте, рыбалке, женщинах, сколько можно говорить о шмотках! Это же скучно!

Снаружи они кажутся успешными, но внутри они глубоко несчастные люди. Страдают, спиваются, кто-то начал употреблять наркотики, все праздники давно для них превратились в обязаловку и не приносят удовольствия. Они не видят смысла в своей жизни. Половина из них уже болеет серьезными заболеваниями, кто-то стал инвалидом, а кто-то умер…

Недавно один из моих друзей с грустью в голосе и со слезами на глазах признался: «Бесцельные пьянки-гулянки приводят к угасанию жизни».

Раньше я искренне при каждой встрече пытался рассказать о новых достижениях в науке, психологии, о новых удивительных возможностях, которые открыла современная наука. И, когда я страстно начинал рассказывать людям, наивно полагая, что вот сейчас они узнают о новых открытиях и вместо запланированной пьянки рванут вместе со мной на интересный научный семинар, на встречу с великим монахом-мудрецом; когда я страстно агитировал, рассказывал, призывал моих бывших друзей-отличников продолжать познавать мир, тем более сейчас столько возможностей: есть возможность ездить в разные страны, читать разные книги, – в советское время всего же этого не было. Но я с удивлением видел в их глазах непонимание, раздражение. Я с грустью понимал, что проблема моих бывших друзей-отличников не в том, что они не знают, а в том, что они не хотят знать. Им неинтересно изучать жизнь, им неинтересно изучать самих себя, им неинтересно летать на научные конференции, читать умные книги. Им интересней животные удовольствия, выпивки, пьянки, рыбалка, охота. Я не против рыбалки, я не против охоты. Но человек так устроен: знания, полученные один раз в жизни, опыт, полученный один раз в жизни, когда-то постепенно утрачивается. Мы так устроены: мы или развиваемся или угасаем, деградируем. Нельзя, получив один раз в жизни знания, находиться с этими знаниями на одном уровне развития. Если мы перестаем читать умные книги, учиться и развиваться, мы деградируем. Вот и получается, дорогой мой читатель: мое школьное поражение, мои страдания и боль в конечном итоге дали мне колоссальное преимущество, подарили мне страсть к обучению, к развитию на всю жизнь. Если бы машина времени перенесла меня в детство и передо мной стоял бы выбор: в школе быть отличником, ребенком, которого все хвалят, ставят пятерки, или еще раз пройти путь двоечника, наполненный страданиями и унижениями, я, не задумываясь ни на секунду, выбрал бы путь страданий. Потому что именно они позволили мне стать тем, кем я стал сегодня.

Даже если к моим плохим оценкам в школе прибавить постоянные провалы в общении с девчонками (два раза я влюблялся, и оба раза моя юношеская пылкая любовь была безответной), мою школьную жизнь постоянно отравляли частые заболевания. Один раз мне «посчастливилось» стать жертвой ошибочного диагноза. Частые температуры, насморки, кашель – это дело было привычным. Но однажды моя температура зашкалила за сорок, и врач «скорой помощи» поспешно решил, что у меня менингит. Меня срочно отвезли в какую-то особую больницу. В то время менингит считался страшной болезнью. Не знаю, почему и зачем, но мне, как и многим больным, прокололи позвоночник, чтобы взять пункцию спинного мозга – боль жуткая, неописуемая. Но мне повезло. Из пяти больных, переживших эту муку, у четверых отказывали ноги, четыре становились инвалидами. Я каким-то чудом не пострадал. И какое было мое удивление, когда я вернулся в школу и узнал, что в классе меня уже считали мертвым! Но… слабое здоровье в школе – это полбеды, даже самые большие физические боли не идут ни в какое сравнение с моральными, с душевными.

После восьмого класса я попытался поступить в педагогическое училище и с треском провалился, набрал рекордное количество двоек и ошибок за всю историю училища. Я настолько был убит горем, что неделю лежал в постели, мне тогда не хотелось жить. С трудом поступив в Тольяттинский политехнический институт, я еле-еле закончил вечерний факультет. Как мне тогда казалось: «Наконец-то мне повезло».

Я устроился работать мастером на Волжский автомобильный завод, у меня был шанс сделать карьеру, но ничего хорошего из этого не получилось. Работая, я отдавал все силы своей работе и очень старался. Как раз наступили времена перестройки, впервые за семьдесят лет у людей появилась возможность проявить себя, участвовать в выборах. В то время я стремился как-то изменить работу нашего цеха. Разрабатывал новые модели перехода на хозрасчет, привлекал экономистов к решению интересных задач, привлекал преподавателей из института, одним словом, все мои мысли и вся моя душа принадлежали моей новой работе. Я мечтал изменить жизнь нашего цеха, мечтал о том, чтобы рабочие в цехе зарабатывали как можно больше. Я очень серьезно готовился к выборам, подготовил хорошее экономическое обоснование – одним словом, был абсолютно уверен, что именно меня выберут начальником цеха и я смогу изменить если не весь мир, то хотя бы жизнь людей, работающих вместе со мной. Но у руководства нашего производства были другие планы, выборы задушили. Начальником цеха назначили какого-то родственника важного начальника. Поражение для меня было катастрофой. Боль я испытывал не оттого, что задушили выборы и назначили начальником цеха другого человека, – может быть, он лучше подходил для этой должности, дело не в этом, – рухнула моя вера в справедливость. Вдруг я очень четко осознал, что руководству не важны таланты, старания, энтузиазм, для них были важны родственные отношения. Я тогда был буквально ошарашен, разбились мои розовые очки.

Я опять потерпел поражение, я опять был сломлен. Я не мог оставаться на своем прежнем рабочем месте и принял твердое решение уйти с завода и построить свою компанию, где люди были бы счастливы, где людям не нужно было бы врать, обманывать, лицемерить и носить маски. Я поклялся построить компанию, где будут цениться талант, доброта, порядочность, честь. Не скрою, уходить с завода было тяжело. Моя первая жена не понимала меня и считала, что я сумасшедший, ведь в то время еще только зарождались первые кооперативы, первые частные фирмы. Мама плакала, отец говорил мне: «Держись за заводскую трубу, что может быть в Тольятти надежнее, чем Волжский автомобильный завод, у тебя же уже ребенок, ты несешь ответственность!». Одним словом, все мои родные и близкие были против моего ухода с завода, но оставаться на заводе я уже не мог. Я не могу видеть, как люди лицемерят, носят маски, врут, хитрят. После подлых выборов каждый день моего пребывания в цехе превратился в невыносимые страдания, в сплошную боль. Вначале я поддавался уговорам своих близких и родных и пытался работать, делать вид, что ничего не произошло, уговаривал себя, но веры в руководство уже не было, энтузиазма, страсти тоже не было, единственное, что меня сдерживало, был трезвый, холодный расчет. Но даже кусок хлеба не мог меня удержать. Я ушел в неизвестность, в никуда, у меня не было абсолютно никаких знаний, у меня не было никаких идей, я просто ушел в пустоту, потому что на старом месте работать было невыносимо.

Мне было тогда очень плохо. Если бы кто-нибудь тогда мне сказал: «Не горюй! Твое поражение – это твоя суперудача! Не горюй, пройдет не так много времени – и ты будешь сто раз благодарить судьбу за то, что ты проиграл выборы и тебя выкинули с завода. Не плачь, твое поражение – это на самом деле твоя удача!», я бы не поверил. Если бы мне тогда сказали правду о моем будущем, я бы обиделся, я бы искренне считал, что надо мной смеются, издеваются.

Я решил в жизни все начать с нуля, с чистого листа, попытать счастья в предпринимательстве, хотя не было ни стартового капитала, вообще ничего! Честно сказать, даже не было уверенности, что у меня что-нибудь получится, но просто по-старому жить было невмоготу.

Чем заняться? Что придумать? Предприниматели первой волны девяностых годов, мы не обладали никакими знаниями. Это сегодня, придя в книжный магазин, можно купить самые разные книги. Как составлять бизнес-план? Как провести презентацию своей бизнес-идеи? Как сделать рекламную кампанию? Одним словом, к счастью, сегодня на любой вопрос можно найти ответы, если не в книгах, то уж в Интернете точно, да и людей, которые добились успеха, сегодня очень много, – профессионалов в самых разных областях рыночной экономики. Но тогда не было ни книг, ни знаний, ни профессионалов, даже не было возможности у кого-то спросить. Мы еще находились за железным занавесом. Что делать? Что предпринять? Первая моя бизнес-идея пришла мне в голову, когда я поехал в гости к своему другу Игорю Ладонину в Москву.

Жизнь в Москве в советское время отличалась от жизни в провинциальных городках, как земля от неба. Был достаточно большой выбор продуктов. Допустим, в Тольятти невозможно было купить колбасу, а в Москве можно. Сегодня прилавки магазинов завалены колбасой и сыром, выбор продуктов колоссальный. Мы жили в совершенно другое время, магазины были пустыми. Сегодня реклама чипсов мучает нас с утра до вечера. В конце восьмидесятых годов в России был только один завод, производящий чипсы и этот завод был в Москве. И вот в прекрасный зимний день мы идем с моим другом по улице Москвы, покупаем в магазине чипсы, открываем, с удовольствием хрумкаем обжаренную картошку и болтаем о всякой чепухе. И вдруг, как это бывает у настоящих изобретателей, меня осенила идея: «Эврика!». Я же по образованию инженер-механик, я же могу построить установку, которая будет производить эти чипсы, а картошки в стране много, масло тоже есть, и с солью нет проблем. Хорошая идея, подумал я! Много в России людей, у которых на огородах растет картошка, много фермеров, и они могут, используя разработанную мной машину, заработать свое состояние, а я создам завод, который будет производить оборудование для малого бизнеса, для предпринимателей. Эта идея как-то сразу захватила все мое воображение. Мне было интересно по двум причинам. Во-первых, этого никто не делал. Меня всегда привлекали новые идеи. Во-вторых, техническая задача производства в огромных количествах тонко нарезанного и обжаренного в масле картофеля тоже показалась мне очень интересной. Действительно, взять одну картошину и тонко разрезать ее острым ножом может каждая домохозяйка. А как в течение часа нарезать миллион картофелин тонкими ломтиками? Интересная же задача?! Когда я ехал в поезде домой, на мятых салфетках я уже рисовал разные технические решения моей новой идеи.

Миром правят идеи. Идея создания первого производства оборудования для малого бизнеса навсегда поселилась в моем сердце. Я написал заявление об уходе с Волжского автомобильного завода и отрабатывал положенные по закону недели. Я не сидел сложа руки. Из лучших работников цеха я создал команду единомышленников. Мне удалось их увлечь своей идеей, показать перспективы. Мы работали без бизнес-планов, у нас не было денег, я никому не платил зарплату, сам жил впроголодь. Но какая-то особая сила двигала нас к цели, уставшие, не выспавшиеся от предыдущих бессонных ночей, мы оставались на ночь. Из отходов производства что-то мастерили, экспериментировали, пробовали. А с утра умывались в рабочем туалете и снова как бы шли на работу.

Работая мастером на заводе, воспитывая маленького ребенка, учась на вечернем факультете, мне удалось создать первый свой бизнес – клуб восточных единоборств «БУДО».

Мне доставляло огромное удовольствие проводить занятия в созданном мною клубе. Так как среди недели я не мог часто проводить занятия, то в воскресенье мне необходимо было отработать сразу с пятью группами по два часа. В выходной день я начинал тренировки рано утром и заканчивал поздно вечером. Пять групп минимум по пятьдесят человек. Даже если тебе очень нравится заниматься и преподавать – это очень большая нагрузка! Приползая домой в воскресенье вечером еле живой, я имел счастливую возможность раз в неделю всего час-полтора пообщаться со своей маленькой дочкой. Ведь в обычные дни, когда я уходил на работу, она спала, а приходил с работы или с учебы – она тоже спала. Чему я мог научить ребенка, что я мог передать ребенку за короткое время?

Стартовать мне было вдвойне тяжелей: на руках маленький ребенок, постоянные ссоры с женой, мы жили у родителей в девятиметровой комнатке, я продолжал обучение на вечернем факультете, и еще клуб восточных единоборств.

С одной стороны, было очень интересно, была надежда, вера в какую-то новую жизнь, но реальность была очень тяжелой. Если я не оставался ночью в цехе, я просыпался в пять утра, на автопилоте, как робот, чистил зубы, одевался, ехал в заводском автобусе, зажатый сотнями таких же невыспавшихся, уставших тел. На автопилоте приходил на свое рабочее место, а работа мастера неинтересная, тяжелая. Нужно было заполнить огромное количество бумаг, расписать задания, проследить изготовление тех или иных агрегатов. Работа мастера на заводе в советское время, наверное, самая неблагодарная и унизительная работа в мире. Реальных рычагов, мотивации, стимулирования людей у тебя нет, выгнать бездельников не можешь. У меня в бригаде работали двое пьяниц, уголовников, которых я не мог выгнать. И когда я обращался к руководству с просьбой выкинуть их из моей бригады, следовал один и тот же ответ: «Воспитывай!». Хорошо еще, что я был физически крепким парнем, и два негодяя, уголовника, не могли меня запугать. Безысходность советских производственных отношений меня приводила в ступор. Периодически у меня возникало ощущение, что я работаю в сумасшедшем доме.

Ох уж этот социализм, рай для бездельников и тунеядцев, и горе для трудолюбивых, честных людей! Ну да ладно, уже все позади, проехали. Пахал на заводе до шести часов вечера, уставал, потому что мастер – это не только эмоциональная перегрузка, это еще и приличная физическая нагрузка, цех огромный, и постоянно нужно бегать из одного конца в другой, от одного рабочего места к другому. К вечеру устаешь настолько, что уже ничего не понимаешь, язык на плече, смотришь на все глазами загнанной лошади. Все нормальные мастера ехали отдыхать домой, мне же нужно было ехать в институт или в клуб проводить тренировки. Самое неприятное – ехать в институт. Вместе с другими горемыками, «вечерниками», я с трудом залезал в набитый автобус и стоя ехал полтора часа до института. Единственное преимущество переполненного автобуса было в том, что можно было спать стоя. Такие же замученные тела прижимали тебя настолько крепко, что можно было поднимать ноги и висеть.

На всю жизнь запомню серые, бледные лица таких же «вечерников», как и я. Замученные, спящие стоя, ничего не соображающие, уставшие, мы ехали в институт. О получении серьезных знаний говорить не приходилось, все были уставшие, и, к счастью, преподаватели понимая наше тяжелое положение, над нами лишний раз не издевались. После занятий еще час-полтора на автобусе, и я оказывался дома. Домой приезжал в первом часу ночи голодный, уставший, жарил яичницу, ел, сразу же вырубался, и с утра опять в бой. В вечерний институт я ездил через день. А когда у меня было свободное время от занятий, я с удовольствием работал в клубе восточных единоборств. На моих тренировках зал всегда был набит до отказа, яблоку негде было упасть. Если в зале могли заниматься одновременно, не мешая друг другу, человек пятьдесят, то в моих группах всегда было до ста человек. Несмотря на отсутствие свободного времени, напряженный график, мне удавалось параллельно вести пять групп. Кто занимался карате, знает, что упражнения в карате выполняются под японский счет. Когда в зале пятьдесят – шестьдесят человек, нужно рвать горло, чтобы всем были слышны команды и счет.

Из всех страданий, перегрузок, которые мне пришлось пережить, самое болезненное – это разлука с дочерью. Именно в этот тяжелый период моей жизни мой первый брак распался. Моя первая супруга – замечательный человек, умная, добрая женщина. Но, по всей видимости, браки создаются где-то на небесах. Ради дочери мы делали все, чтобы сохранить наш брак, но на пятый год совместной жизни наши ссоры, ненависть невозможно было скрыть. Бедный ребенок видел все это и страдал вместе с нами. Вся моя жизнь превратилась в сплошную боль, в сплошную кровоточащую рану. Ни одной победы, ни одного светлого пятна, одни поражения, боль и страдания. Постоянно хроническая бессонница, недосыпание, из месяца в месяц, из года в год, настолько сильно подавляли жизненную энергию, настолько разрушали мой оптимизм, постоянные удары судьбы, перегрузки – все это в какой-то момент полностью лишило меня рассудка. Я просто куда-то бежал, что-то делал, сражался, падал, получал удары, падал, снова вставал, снова сражался, но ничего не соображал. Возвращаясь в прошлое к своему первому браку, я всю жизнь буду помнить нашу маленькую тесную комнатку в девять квадратных метров, кровать, стол, детскую кроватку, шкаф. До сих пор помню, как, пытаясь спросонья укачать заплакавшую дочурку, в тесной маленькой комнатке я нечаянно ударил ее головой о шкаф и бедный ребенок прорыдал до утра, сон мгновенно исчез, я, укачивая плачущую дочь, ненавидел себя, свою жизнь за то, что я не могу обеспечить даже элементарных условий. Я ругал себя и презирал за то, что я создал семью и не могу ее обеспечить. Я не могу своей жене, своему ребенку создать самых элементарных условий жизни.

Проводя занятия в клубе восточных единоборств, я начал зарабатывать по тем меркам большие деньги. Моя семья перестала нуждаться. Но все равно я лично оставался бедным: в моей жизни появился еще один ребенок – не человек, а идея – идея моего бизнеса, мое первое предприятие, и он тоже требовал денег. Предприниматели, с точки зрения нормального человека, – люди далеко не нормальные. Предприниматель будет ездить на старой машине, носить старую одежду, недоедать, но все деньги будет вкладывать в развитие своего дела. Доход от клуба восточных единоборств уходил в развитие моего бизнеса. Мой первый серьезный бизнес был связан с машиностроением. А что такое современное машиностроение? Это огромное количество затрат. Нужны металл, шурупы, винты, провода, станки, сварочные аппараты... Машиностроение поглощает абсолютно все! Это такой ненасытный ребенок, который пожирает абсолютно все деньги, сколько бы ты ни работал, сколько бы ты ни подрабатывал, денег хронически не хватает. Я никому не платил зарплату, люди, как и я, были увлечены созданием первой в России линии по производству чипсов. У нас была мечта создать тысячи новых рабочих мест. У нас была мечта обогнать крупные иностранные компании – производители пищевого оборудования. У нас была мечта создать компанию, где люди друг друга уважают, ценят и помогают друг другу.

На мою беду, создавая первую компанию, я не знал, что такое бизнес-план, я даже не мог предположить, что руководитель компании, как капитан корабля, прежде чем отправиться в плавание, должен посчитать, сколько у него воды, продуктов, топлива, куда он плывет. У меня не было никаких расчетов, я не знал, сколько нужно еще денег, чтобы запустить первую линию, я не знал, сколько времени я буду ее делать. Я не знал, как она выглядит, я не знал, купит ее кто-нибудь или нет. Если бы сегодня я встретил самого себя в тот момент, когда запускал первый бизнес, я бы увидел перед собой странного человека, который очень много работает, выбивается из сил, все заработанные на стороне деньги отдает бизнесу, но даже не имеет элементарных расчетов, элементарных планов. Сегодня это смотрится нелепо и глупо, но тогда другого способа что-то сделать не было, весь опыт приобретали только на своих ошибках. И хорошо еще, что я выжил, выжил физически и смог что-то исправить. А многие предприниматели от перегрузок, от бандитских пуль просто погибли или сломались, не выдержали. Мне повезло, я выжил. Первое свое разорение в бизнесе я пережил, создавая линии по производству хрустящего картофеля.

Причиной моего первого разорения была моя полная неграмотность, полное мое непонимание того, что я делал. Я просто пахал. Я шел напролом! И естественно, наступил момент, когда у меня кончились деньги, я занял сколько мог, в долг больше никто не давал. И вот я, как в сказке про разбитое корыто, разорился, потерпел полное фиаско. Команда – инженеры, рабочие, которых мне удалось объединить вокруг интереснейшей идеи, не получали зарплату и не просили. Я уже уволился с завода, а они продолжали еще работать на своих местах и создавали новое оборудование вне рабочего времени: работали по субботам, воскресеньям. Но помимо зарплаты есть же и другие затраты: материалы, оборудование, инструменты, в конце концов, аренда маленького подвала, который мы сняли, чтобы собирать оборудование. Я сражался до последнего. Но когда я в очередной раз стал «кормить завтраками» арендодателя, он перестал слушать мои обещания, выкинул на улицу вместе с недостроенной линией, с инструментами.

Что делать? Вложено столько сил, столько денег. Осталось немножко еще вложить денег – и, казалось, до победы остался всего один шаг. Нужно немножко вложить денег и все – линия начнет работать, приносить доход. Потом мы построим новую линию, она тоже будет приносить доход. Потом мы наладим производство этих линий и будем их продавать. Но это потом. А сейчас горы недоделанного оборудования, дождь, грязь, и я со своей командой стою под этим дождем и пытаюсь укрыть кусками полиэтилена самое ценное – электронику. Нам с трудом удалось распихать по подвалам, по сараям, по дачам все наше богатство, все наше накопленное оборудование, которое на самом деле не являлось никаким богатством, а просто было непонятными агрегатами и деталями, которые невозможно продать. Деньги-то в них вложены, а обратно их не получишь. В этот момент я осознал… «Я разорился, я потерпел неудачу». Я переживал поражение, но все равно искал плюсы в своем разорении. Я себя утешал: «Во-первых, я прошел школу и стал опытней. Во-вторых, я теперь знаю, что нужно наперед рассчитывать свои ресурсы». Не знаю почему, но первое разорение я пережил относительно легко. Может быть, потому, что в личной жизни у меня был подъем. Мой второй брак был намного удачнее первого, и я всегда с благодарностью вспоминаю свою вторую супругу, которая очень многому меня научила. Но самое главное: она мне подарила заботу и тепло, которых я в жизни никогда не испытывал и не знал. Низкий ей за это поклон и огромная благодарность.


<< предыдущая страница   следующая страница >>

Смотрите также:
Код счастья «У всякого человека есть своя история, а у истории свои критические моменты: и о человеке можно безошибочно судить только смотря по тому, как он действовал и каким является в эти моменты… и чем выше человек, тем история его
2410.35kb.
12 стр.
Можно ли избавиться от наркотической зависимости
66.64kb.
1 стр.
Лекция первобытная культура
4210.47kb.
20 стр.
Проблема донорства в России
205.78kb.
1 стр.
Учебно-методический комплекс «История» Раздел «Интерпретация истории». 10-11 класс Тема 11 Периодизация истории
87.54kb.
1 стр.
Р. Штейнер ga 316 Медитативные рассмотрения и введение в углубленное искусство врачевания
2602.29kb.
15 стр.
Русская армия в летоисчислениях нашей истории, имеет не мало блестящих страниц, на которые занесены рассказы о неувядаемых её подвигах
39.05kb.
1 стр.
Эти и другие моменты отражены в настоящем обобщении
186.37kb.
1 стр.
История как наука: объект, предмет, источники, методы и функции История
663.94kb.
4 стр.
«История складывается из бессчетного количества событий и явлений, происходящих непрерывно. И только некоторым из них дано прожить больше одного мгновения, для того чтобы остаться в памяти человечества
48.91kb.
1 стр.
А. Ю. Рогачева Философия безнадежности, или Как возможно сообщество
116.7kb.
1 стр.
История одной любви
69.25kb.
1 стр.